Что остается у нас, когда мы оказываемся в домашней пижаме 24/7 наедине с самими собой и с теми, с кем живём под одной крышей?

В проекте Home Sapiens я общаюсь с людьми, которые получили свой опыт нахождения в карантине и готовы им поделиться. Сейчас для них самоизоляция — вынужденная мера. Но почему бы не научиться делать время дома качественным, независимо от того, чем продиктована необходимость там находиться?!

Это интервью про опыт, а не про статистику, прогнозы и то, сколько раз нужно мыть руки. Оно о том, как людям живется новых в обстоятельствах, ограниченных четырьмя стенами. Я хочу узнать, как домашнее время меняет людей, что они понимают про себя и свою жизнь благодаря этому опыту, и как справляются с вызовами, которые подбрасывает им этот период жизни.

— Я тоже.

— В одной из центральных провинций Китая – Хэнань, в городе Аньян. Это около 500 километров на северо-запад от Пекина. На скоростном поезде примерно 2,5 часа пути. Я здесь преподаю иностранный язык в университете стюардессам и пилотам.

— Да, могу. На новогодние праздники я прилетел в Минск на три недели. К концу января мои знакомые из Китая стали писать, что там какой-то коллапс, что-то непонятное и страшное – какой-то вирус из Ухани. Но я не особо впечатлился этими историями и невозмутимо паковал чемодан в Китай. Тут уже и начальство мне стало писать: мол, подожди, не лети. Но я просто улыбнулся этому.

Люди склонны паниковать, я же постарался трезво оценить обстановку: до Уханя, где все началось, было полтысячи километров. Если вирус и правда такой серьезный и он распространится по миру, как прогнозировали, я подумал, что Китай точно быстрее всех разберется с ним и станет одним из самых безопасных мест. Я в них верю, они очень четкие ребята.

— Пожалуй, только сейчас, когда коронавирус пришёл в Европу, когда я увидел статистику Италии, я понял, что всё могло быть гораздо хуже здесь. Что это на самом деле страшно. Но сейчас Китай выздоравливает, и я верю, что для этой страны всё позади.

— Нет, совсем. Не знаю даже почему. Мне просто было это интересно. Учитывая плотность населения Китая, 10 тысяч заболевших человек (на тот момент) — это, правда, очень мало. Плюс они были в основном из другой провинции. В моей на 30 января было 10 больных, а город почти миллионник.

— Ну что-то такое утопическое, как будто я попал в какой-то фильм.

— Ну да, естественно.

— О да! Я вернулся в свой студенческий городок до момента пика эпидемии. И всё было ещё относительно лайтово. Здесь, в Китае, все устроено так: люди живут блоками, такими комьюнити — по несколько домов в каждом. Эти участки огорожены, и у каждого есть проходная. Это не очень заметно в обычной жизни, но в момент, когда нужно, можно легко всё изолировать и закрыть. И вот когда карантин начался, комьюнити закрыли — у каждого блока охрана (она всегда в принципе была там) начала вести журналы и выпускала одного человека на семью в два-три дня. Строго в магазин за едой – буквально на час. Так как я иностранец (а иностранцам обычно больше позволяют, чем китайцам), я ходил без каких-либо пропусков, но я тоже следовал правилам, хотя меня никто и не заставлял: выбирался из дома за продуктами раз в два-три дня в маске.

— Здесь был собран комитет, врачи, они всё просчитали, разработали меры,и мне казалось разумным соблюдать то, что они советовали, чтобы снизить вероятность моего заболевания.

Но в какой-то момент мне строго сказали, что я не должен выходить на улицу, потому что стало слишком опасно. Хотя в принципе людям разрешалось выходить, но редко. Это было 10 февраля — пик эпидемии. Я безвылазно сидел в квартире. Начальству составлял список — и они мне привозили продукты.

— Поначалу это было как-то мягко, "по-азиатски". Когда я попытался оспорить эту "рекомендацию", мне был дан строгий приказ: я не имею права покидать свою квартиру.

Это, конечно, меня возмутило, так как это моя свобода передвижения. И когда у меня её отняли, было сложно. Китаец бы не спорил, потому что им это привычно: приказ есть приказ. А я сначала даже собирался собрать вещи и вырваться. Потом понял, что уже все закрыли — поезда, аэропорты, — и карантинные меры были с каждым днем были всё строже. В моем районе усилили охрану. Куда-то выбраться стоило бы бОльших нервов, чем оставаться.

Специфика Китая в том, что тут и так ЧП, а если иностранец заболеет, будучи здесь, то вообще... Они не хотят портить свой имидж, поэтому все мое начальство за меня отвечает головой. Да и страна коммунистическая: здесь партии, партсобрания, все очень серьезно. Поэтому они очень не хотели, чтобы со мной что-то случилось.

Это такая забота, которая переросла практически в мое заключение.

— Это было сложно — жить безвылазно в четырех стенах. Хоть иногда иметь возможность выходить – это очень большая привилегия. К счастью, я был не один. У меня есть девушка, она тоже преподаватель. Вообще мы не живём вместе, но она не успела выбраться до введения ограничений.

Мы много читали, смотрели фильмы. За новостями я не следил, так как они сеют панику, старался по местному сайту отслеживать статистику заболевших-выздоровевших по всем городам и регионам. На местном сайте каждый день три-четыре часа обновлялись данные. Это объективная информация, из которой я самостоятельно мог делать выводы. Да, сначала история замалчивалась, когда группа докторов нашла необычный вирус "розовая пневмония". Но после информация была всегда открыта и абсолютно доступна.

— Если бы отключили еще интернет вместе с карантином, то я бы, конечно, провел время эффективнее. Но я точно больше прочитал, чем обычно: четыре книги в месяц вместо одной.

— Я просыпался около 9. Читал часок и шёл готовить завтрак. За завтраком и после мы болтали с девушкой. Потом я готовился к онлайн-занятию и проводил его. После высылал в университет статистику посещения. Дальше – свободное время. Мы обычно смотрели кино, общались, читали. Если VPN работал, я мог посмотреть минут 40 youtube. Еще я много готовил. Карантин – это хороший способ научиться чему-то новому – я изучал новые рецепты азиатской еды.

— Абсолютно спокойно. К примеру, когда я шел в магазин, а за моей спиной чихнул китаец, кроме меня, на него никто не оборачивается. Никто не возмущался и не нервничал. Перебоев с туалетной бумагой не было, продукты почти все были в наличии. Может одно из 50 наименований отсутствовало, и не потому что раскупили, а потому что провинции перекрывали, и, соответственно, поставки осложнялись. Но потом все появилось. Паники не было вообще никакой, китайцы просто четко следовали инструкциям.

— Да, разворачивали. Штрафы были в других провинциях. У нас я не слышал, может, потому что разгара такого эпидемии не было. Штраф был за сокрытие симптомов, за неследование инструкциям – вплоть до уголовного преследования.

— В целом китайцы сплоченный народ. Здесь так всех воспитывают: быть командой и действовать как единое целое — четко и слаженно. Китай как большой организм: каждый выполняет свою какую-то функцию и делает это настолько хорошо, насколько можно. В итоге сейчас здесь каждый день около 1000 выздоровевших. 10-20 заболевших человек на 1 миллион населения в то время, как в других странах счет идет на тысячи. Очень хороший результат за достаточно короткое время. Да, возможно, они могут поступиться какими-то свободами, но все во благо важной цели.

— За всех сложно говорить. Скажу за себя – я никак не пострадал. У меня была такая же зарплата, как и всегда. Если верить слухам, какие-то китайцы получили финансовую господдрежку. Например, те же владельцы магазинов. В Макао людям отменили арендную плату на время карантина. Но всех подробностей достоверно не знаю.

— Да. Мытье рук, ношение маски помогало не только мне, но и другим людям. Ведь если болен сам – эти меры снижают риск передать вирус другому. Потом мы начали давать уроки онлайн — это образовательная поддержка: я помогаю своим студентам не забывать язык. Начали открываться маленькие семейные продуктовые магазинчики, которые были забыты за это время и практически не имеют клиентов сейчас. Я стараюсь покупать продуты у них, и таким образом помогаю местной экономике снова как-то раскручиваться и идти вверх.

— Я почувствовал весну. Здесь тепло (здесь примерно как в Афинах – та же широта) и все цветет.

— В Китае очень развитые социальные сети, и я думаю, что люди в большинстве как-то там проводили свое время. Видеозвонки, онлайн-игры на телефоне -– это большая часть современной китайской культуры. После карантина в Китае вообще очень многие разводятся. Правда, тяжело 24 часа в сутки находиться в ограниченном пространстве даже с самыми близкими людьми. В моем случае все хорошо: я человек уживчивый, моя девушка в принципе тоже. Были, конечно, трудности: приходилось о чем-то договариваться...

— Да, думаю, это даже пошло на пользу. До этого мы много работали, причем в разных университетах, и мы виделись буквально 3 раза в неделю. За эти 2 месяца мы точно лучше узнали друг друга. Я благодарен, что она была рядом со мной. Проживать всё это вместе точно было легче, чем одному. Всегда было с кем поговорить – это важно.

— Да.

— Да. На нашем здании на 12 этаже есть крыша – большая с видом на город. Там никто не бывает, кроме нас. Разве что раз в неделю китайские бабушка с дедушкой вешают туда вещи сушиться на солнце. Так как ходить на улицу мы не могли, каждый вечер в 6:20 мы поднимались на крышу, чтобы посмотреть на закат. Так делам до сих пор. Берем с собой колонку. Слушаем музыку. Можем потанцевать. И провожаем день. А еще наблюдаем за самолетами в небе. С помощью специального приложения можно отследить, какой самолет сейчас летит над нами и куда. Вот так развлекаемся.

— Это хороший вопрос. Не паниковал бы, как-то самоизолировался. Делал бы то же самое, что делал в Китае. Старался бы проводить свое время с пользой, не выходил бы без необходимости, а, если бы нужно было выходить, носил бы маску, мыл руки и так далее. Все те же карантинные меры.

— Купил бы побольше вкусной и разнообразной еды (смеется). Я давал список продуктов начальству, а мне не могли, например, купить лук или кетчуп. А я кетчуп очень люблю, и почти в каждом рецепте он у меня. Ещё я бы закупился в Беларуси шоколадом "Коммунарка". Бросил бы в чемодан UNO и парочку других настольных игр. Составил бы по отзывам и рекомендациям список книг и фильмов, интересных для чтения и просмотра (потому что иногда, особенно с фильмами, я "не попадал"). И составил бы план на месяц. У меня был ежедневный, а вот большого плана не хватало.

— Девушка. Весна. Книги. Скакалка. НЕчтение новостей. И точно помогает понимание, что это временно.

Самое главное — постараться не нервничать, не паниковать. Можно занять себя тем, чтобы строить планы на время, когда всё закончится.

— Хороший вопрос. Всем известны шутки про Беларусь, о том, как поймали немца, русского и белоруса и по очереди повесили. Белоруса повесили последним, но он не умер. У него спросили: «Как ты это сделал?» А он ответил: «Я просто привык». Вот такие шутки приходят на ум когда я думаю про Беларусь, когда я думаю о себе в этой ситуации.

Я узнал, что умею приспосабливаться. Я привык. Мне на самом деле под конец было уже очень комфортно, и сейчас надо, наоборот, привыкать к тому, что я могу выходить на улицу, гулять. Я привык как истинный белорус.

— На меня? Я еще не совсем «отошел». Наверное, я больше научился ждать и терпеть. И ценить какие-то простые вещи. Просто пройтись, купить себе еды, посидеть в каком-то кафе - это уже очень большая ценность. Простые вещи, они на самом деле много значат в жизни.