ПРОЕКТ «HOME SAPIENs»
История Сергея
Место: Китай, г. Аньян
Время в карантине: 2 месяца

Что остается у нас, когда мы оказываемся в домашней пижаме 24/7 наедине с самими собой и с теми, с кем живём под одной крышей?

В проекте Home Sapiens я общаюсь с людьми, которые получили свой опыт нахождения в карантине и готовы им поделиться. Сейчас для них самоизоляция — вынужденная мера. Но почему бы не научиться делать время дома качественным, независимо от того, чем продиктована необходимость там находиться?!

Это интервью про опыт, а не про статистику, прогнозы и то, сколько раз нужно мыть руки. Оно о том, как людям живется новых в обстоятельствах, ограниченных четырьмя стенами. Я хочу узнать, как домашнее время меняет людей, что они понимают про себя и свою жизнь благодаря этому опыту, и как справляются с вызовами, которые подбрасывает им этот период жизни.

Людмила Матусевич
Автор, интервьюер
Сергей всегда очень любил Азию и, кажется, исколесил её вдоль и поперек. Полгода назад он уехал жить и работать в Китай. В декабре там были отмечены первые случаи коронавируса, но, несмотря на нарастающую волну опасений, наш герой в конце января вернулся с белорусских рождественских каникул в китайский Аньян.

Мы созвонились 20 марта 2020 года. Я со своей семьей проживала окончание первой недели жесткого карантина в Барселоне, где мы были туристами и где наше отношение к коронавирусу и пандемии сильно трансформировалось: от ироничного и высокомерного к серьезному. Многие вопросы нам особенно интересны, ведь кажется, что опыт Сергея нам ещё только предстоит прожить...
Привет, Сергей! Рада тебя слышать!
— Я тоже.
Давай начнем с того, где ты сейчас находишься.
— В одной из центральных провинций Китая – Хэнань, в городе Аньян. Это около 500 километров на северо-запад от Пекина. На скоростном поезде примерно 2,5 часа пути. Я здесь преподаю иностранный язык в университете стюардессам и пилотам.
↓ По клику — подробности о том, как развивались события ↓
Поговорим про то, как карантин начинался у вас. Можешь ли ты воспроизвести хронику событий такой, какой она осталась в твоей памяти?
— Да, могу. На новогодние праздники я прилетел в Минск на три недели. К концу января мои знакомые из Китая стали писать, что там какой-то коллапс, что-то непонятное и страшное – какой-то вирус из Ухани. Но я не особо впечатлился этими историями и невозмутимо паковал чемодан в Китай. Тут уже и начальство мне стало писать: мол, подожди, не лети. Но я просто улыбнулся этому.

Люди склонны паниковать, я же постарался трезво оценить обстановку: до Уханя, где все началось, было полтысячи километров. Если вирус и правда такой серьезный и он распространится по миру, как прогнозировали, я подумал, что Китай точно быстрее всех разберется с ним и станет одним из самых безопасных мест. Я в них верю, они очень четкие ребята.
Был ли момент, когда ты понял, что это серьезнее, чем ты думал?
— Пожалуй, только сейчас, когда коронавирус пришёл в Европу, когда я увидел статистику Италии, я понял, что всё могло быть гораздо хуже здесь. Что это на самом деле страшно. Но сейчас Китай выздоравливает, и я верю, что для этой страны всё позади.
Вернемся к истории. Ты полетел в Китай…

— Я прилетел в Пекин 27 или 28 января. Самолет был заполнен на треть и многие провели в масках весь многочасовой полет. Аэропорт, поезд в центр Пекина – всё было безлюдным. Это был сильный контраст с тем, что я привык видеть. В поезде в Аньян со мной ехало очень мало людей. В моем вагоне, кроме меня, 2 человека, во всем поезде, может, и 50 не набралось бы. А поезд был большой, очень длинный состав.

В Аньяне абсолютно всё было закрыто. Накануне был китайский Новый год: я видел эти пустынные улицы с красивыми фонариками, гирляндами. То есть такой постапокалипсис...

Поезд из Пекина в Аньян
Тебя это напугало?
— Нет, совсем. Не знаю даже почему. Мне просто было это интересно. Учитывая плотность населения Китая, 10 тысяч заболевших человек (на тот момент) — это, правда, очень мало. Плюс они были в основном из другой провинции. В моей на 30 января было 10 больных, а город почти миллионник.
— Какие эмоции ты испытывал, когда ты на это смотрел?
— Ну что-то такое утопическое, как будто я попал в какой-то фильм.
И как будто просто смотришь его, но не имеешь к этому никакого отношения?
— Ну да, естественно.
Центр города в Пекине – пара километров от главной площади
Но в итоге ты всё же стал частью этого…
— О да! Я вернулся в свой студенческий городок до момента пика эпидемии. И всё было ещё относительно лайтово. Здесь, в Китае, все устроено так: люди живут блоками, такими комьюнити — по несколько домов в каждом. Эти участки огорожены, и у каждого есть проходная. Это не очень заметно в обычной жизни, но в момент, когда нужно, можно легко всё изолировать и закрыть. И вот когда карантин начался, комьюнити закрыли — у каждого блока охрана (она всегда в принципе была там) начала вести журналы и выпускала одного человека на семью в два-три дня. Строго в магазин за едой – буквально на час. Так как я иностранец (а иностранцам обычно больше позволяют, чем китайцам), я ходил без каких-либо пропусков, но я тоже следовал правилам, хотя меня никто и не заставлял: выбирался из дома за продуктами раз в два-три дня в маске.
Людям привезли заказанные продукты и выдают их на входе в комьюнити.
В Барселоне полиция поймала женщину, которая забила сумку вещами и, сделав вид, что идёт в магазин, пошла в гости к подруге. Там же штраф получил человек, который выгуливал собаку в… 3 километрах от дома. Для многих правила созданы чтобы их нарушать. Что заставляло тебя следовать правилам, если ты не был обязан это делать?
— Здесь был собран комитет, врачи, они всё просчитали, разработали меры,и мне казалось разумным соблюдать то, что они советовали, чтобы снизить вероятность моего заболевания.

Но в какой-то момент мне строго сказали, что я не должен выходить на улицу, потому что стало слишком опасно. Хотя в принципе людям разрешалось выходить, но редко. Это было 10 февраля — пик эпидемии. Я безвылазно сидел в квартире. Начальству составлял список — и они мне привозили продукты.
Запас продуктов Сергея на 10 дней. Начальница Сергея делала заказ на личный домашний адрес, а потом доставляла покупки на машине к нему домой.
Тебя просто попросили или это был запрет?
— Поначалу это было как-то мягко, "по-азиатски". Когда я попытался оспорить эту "рекомендацию", мне был дан строгий приказ: я не имею права покидать свою квартиру.

Это, конечно, меня возмутило, так как это моя свобода передвижения. И когда у меня её отняли, было сложно. Китаец бы не спорил, потому что им это привычно: приказ есть приказ. А я сначала даже собирался собрать вещи и вырваться. Потом понял, что уже все закрыли — поезда, аэропорты, — и карантинные меры были с каждым днем были всё строже. В моем районе усилили охрану. Куда-то выбраться стоило бы бОльших нервов, чем оставаться.

Специфика Китая в том, что тут и так ЧП, а если иностранец заболеет, будучи здесь, то вообще... Они не хотят портить свой имидж, поэтому все мое начальство за меня отвечает головой. Да и страна коммунистическая: здесь партии, партсобрания, все очень серьезно. Поэтому они очень не хотели, чтобы со мной что-то случилось.

Это такая забота, которая переросла практически в мое заключение.
Как ты проживал этот месяц взаперти?
— Это было сложно — жить безвылазно в четырех стенах. Хоть иногда иметь возможность выходить – это очень большая привилегия. К счастью, я был не один. У меня есть девушка, она тоже преподаватель. Вообще мы не живём вместе, но она не успела выбраться до введения ограничений.

Мы много читали, смотрели фильмы. За новостями я не следил, так как они сеют панику, старался по местному сайту отслеживать статистику заболевших-выздоровевших по всем городам и регионам. На местном сайте каждый день три-четыре часа обновлялись данные. Это объективная информация, из которой я самостоятельно мог делать выводы. Да, сначала история замалчивалась, когда группа докторов нашла необычный вирус "розовая пневмония". Но после информация была всегда открыта и абсолютно доступна.
Ты использовал карантин как возможность сделать что-то важное, новое?
— Если бы отключили еще интернет вместе с карантином, то я бы, конечно, провел время эффективнее. Но я точно больше прочитал, чем обычно: четыре книги в месяц вместо одной.
Как проходил твой день в изоляции?
— Я просыпался около 9. Читал часок и шёл готовить завтрак. За завтраком и после мы болтали с девушкой. Потом я готовился к онлайн-занятию и проводил его. После высылал в университет статистику посещения. Дальше – свободное время. Мы обычно смотрели кино, общались, читали. Если VPN работал, я мог посмотреть минут 40 youtube. Еще я много готовил. Карантин – это хороший способ научиться чему-то новому – я изучал новые рецепты азиатской еды.
Одна из самых полезных вещей в изоляции для меня стала скакалка. Она заменяла мне пробежки.
Как реагировали китайцы на карантинные запреты?
— Абсолютно спокойно. К примеру, когда я шел в магазин, а за моей спиной чихнул китаец, кроме меня, на него никто не оборачивается. Никто не возмущался и не нервничал. Перебоев с туалетной бумагой не было, продукты почти все были в наличии. Может одно из 50 наименований отсутствовало, и не потому что раскупили, а потому что провинции перекрывали, и, соответственно, поставки осложнялись. Но потом все появилось. Паники не было вообще никакой, китайцы просто четко следовали инструкциям.
— Людей просто разворачивали и отправляли домой? Или какие-то штрафы были, если они выходили на улицу без оснований?
— Да, разворачивали. Штрафы были в других провинциях. У нас я не слышал, может, потому что разгара такого эпидемии не было. Штраф был за сокрытие симптомов, за неследование инструкциям – вплоть до уголовного преследования.
Чувствовалось ли в Китае, что общая беда и общие ограничения объединяют? Народ как-то вокруг этой истории сплотился, поддерживал друг друга?
— В целом китайцы сплоченный народ. Здесь так всех воспитывают: быть командой и действовать как единое целое — четко и слаженно. Китай как большой организм: каждый выполняет свою какую-то функцию и делает это настолько хорошо, насколько можно. В итоге сейчас здесь каждый день около 1000 выздоровевших. 10-20 заболевших человек на 1 миллион населения в то время, как в других странах счет идет на тысячи. Очень хороший результат за достаточно короткое время. Да, возможно, они могут поступиться какими-то свободами, но все во благо важной цели.
Ты экономически как-то пострадал за время пандемии? И пострадали ли люди вокруг с финансовой точки зрения?
— За всех сложно говорить. Скажу за себя – я никак не пострадал. У меня была такая же зарплата, как и всегда. Если верить слухам, какие-то китайцы получили финансовую господдрежку. Например, те же владельцы магазинов. В Макао людям отменили арендную плату на время карантина. Но всех подробностей достоверно не знаю.
Ты задумывался за время карантина про свою социальную ответственность?
— Да. Мытье рук, ношение маски помогало не только мне, но и другим людям. Ведь если болен сам – эти меры снижают риск передать вирус другому. Потом мы начали давать уроки онлайн — это образовательная поддержка: я помогаю своим студентам не забывать язык. Начали открываться маленькие семейные продуктовые магазинчики, которые были забыты за это время и практически не имеют клиентов сейчас. Я стараюсь покупать продуты у них, и таким образом помогаю местной экономике снова как-то раскручиваться и идти вверх.
— У тебя в фэйсбуке уже фотографии цветущей сакуры – значит, ты уже был на улице?

— 17 марта марта мне выписали пропуск, и я могу выходить из дома. Только сейчас – 5 недель спустя.

Как часто ты можешь это делать?

— Меня никто не ограничивал, но я выхожу примерно раз в два дня. В моей провинции на сейчас только один больной человек, притом это случай привезенный – какой-то иностранец, прилетевший из Италии. До него уже полностью все очистилось: 7 марта выписали последних больных.

С каждым днем здесь все меньше запретов. Но по-прежнему на улицу выходит один человек на семью. Те, кто получил пропуск, ездят на работу. Кафе, рестораны, салоны, места развлечений закрыты. Видел одну работающую парикмахерскую.
От чего ты получил особое удовольствие когда ты вышел на улицу после 5 недель перерыва?
— Я почувствовал весну. Здесь тепло (здесь примерно как в Афинах – та же широта) и все цветет.
Я не помню, когда так радовался, солнцу, ветру, птицам, цветам, возможности выбрать себе еду и просто пройтись по кварталам, посмотреть, что делают люди.
У меня есть такая идея, что история с карантином возвращает нас к самим себе и к тем, с кем мы живём под одной крышей. И дальше два пути: карантин либо вернет нас к отношениям, либо укоренит еще больше в соцсетях. Вот если говорить про твой личный опыт, изменилось ли что-то в твоих отношениях?
— В Китае очень развитые социальные сети, и я думаю, что люди в большинстве как-то там проводили свое время. Видеозвонки, онлайн-игры на телефоне -– это большая часть современной китайской культуры. После карантина в Китае вообще очень многие разводятся. Правда, тяжело 24 часа в сутки находиться в ограниченном пространстве даже с самыми близкими людьми. В моем случае все хорошо: я человек уживчивый, моя девушка в принципе тоже. Были, конечно, трудности: приходилось о чем-то договариваться...
Как в общем в любых отношениях…
— Да, думаю, это даже пошло на пользу. До этого мы много работали, причем в разных университетах, и мы виделись буквально 3 раза в неделю. За эти 2 месяца мы точно лучше узнали друг друга. Я благодарен, что она была рядом со мной. Проживать всё это вместе точно было легче, чем одному. Всегда было с кем поговорить – это важно.
То есть, можно сказать, что карантин сделал вас ближе?
— Да.
У вас за это время появилась какая-то традиция? Что-то, чего не было раньше?
— Да. На нашем здании на 12 этаже есть крыша – большая с видом на город. Там никто не бывает, кроме нас. Разве что раз в неделю китайские бабушка с дедушкой вешают туда вещи сушиться на солнце. Так как ходить на улицу мы не могли, каждый вечер в 6:20 мы поднимались на крышу, чтобы посмотреть на закат. Так делам до сих пор. Берем с собой колонку. Слушаем музыку. Можем потанцевать. И провожаем день. А еще наблюдаем за самолетами в небе. С помощью специального приложения можно отследить, какой самолет сейчас летит над нами и куда. Вот так развлекаемся.
Давай пофантазируем: представь, что завтра ты бы вдруг проснулся в Беларуси. Что бы ты сейчас делал?
— Это хороший вопрос. Не паниковал бы, как-то самоизолировался. Делал бы то же самое, что делал в Китае. Старался бы проводить свое время с пользой, не выходил бы без необходимости, а, если бы нужно было выходить, носил бы маску, мыл руки и так далее. Все те же карантинные меры.
А если бы у тебя было время подготовиться к карантину, что бы ты сделал?
Купил бы побольше вкусной и разнообразной еды (смеется). Я давал список продуктов начальству, а мне не могли, например, купить лук или кетчуп. А я кетчуп очень люблю, и почти в каждом рецепте он у меня. Ещё я бы закупился в Беларуси шоколадом "Коммунарка". Бросил бы в чемодан UNO и парочку других настольных игр. Составил бы по отзывам и рекомендациям список книг и фильмов, интересных для чтения и просмотра (потому что иногда, особенно с фильмами, я "не попадал"). И составил бы план на месяц. У меня был ежедневный, а вот большого плана не хватало.
Что помогло бы тебе снова продержаться в изоляции?
— Девушка. Весна. Книги. Скакалка. НЕчтение новостей. И точно помогает понимание, что это временно.

Самое главное — постараться не нервничать, не паниковать. Можно занять себя тем, чтобы строить планы на время, когда всё закончится.
Например, сейчас мы можем основательно распланировать наше будущее путешествие: изучить все путеводители, рекомендации. Выстроить наилучший маршрут. Это здорово поддерживает.
Что нового ты узнал о себе за время карантина?
— Хороший вопрос. Всем известны шутки про Беларусь, о том, как поймали немца, русского и белоруса и по очереди повесили. Белоруса повесили последним, но он не умер. У него спросили: «Как ты это сделал?» А он ответил: «Я просто привык». Вот такие шутки приходят на ум когда я думаю про Беларусь, когда я думаю о себе в этой ситуации.

Я узнал, что умею приспосабливаться. Я привык. Мне на самом деле под конец было уже очень комфортно, и сейчас надо, наоборот, привыкать к тому, что я могу выходить на улицу, гулять. Я привык как истинный белорус.
Как этот опыт повлиял на тебя?
— На меня? Я еще не совсем «отошел». Наверное, я больше научился ждать и терпеть. И ценить какие-то простые вещи. Просто пройтись, купить себе еды, посидеть в каком-то кафе - это уже очень большая ценность. Простые вещи, они на самом деле много значат в жизни.
Экскурсия по карантинному пространству Сергея
20 марта 2020
Людмила Матусевич
Автор проекта #HomeSapiens, интервьюер, шеф-редактор "Биографии"
Мы будем благодарны, если вы поддержите наш проект и поделитесь этим материалом в своих соцсетях.